«Я в этом не разбираюсь» — а разбираться и не надо

«Я в этом не разбираюсь» говорят спокойно. А чувствуют другое

От вас хотят не этого — и то, чего хотят, делается за один вечер, без юриста и без курса. Закон просит помочь разобраться своим людям и всем, кто работает с ИИ по вашей команде, а летом 2026 года просьбу сделали ещё мягче. Начинается она не с курса, а с листа бумаги: сесть на двадцать минут и выписать, где у вас в фирме ИИ уже стоит.

Теперь про саму фразу. Хозяин мастерской или маленького кафе говорит «я в ИИ не разбираюсь» тем же тоном, каким сообщают, что не едят острое. Факт о себе, ни хорошо ни плохо. Лет пятнадцать назад так же звучало «я не дружу с компьютером», и оправдываться никто не считал нужным.

Но за спокойной фразой часто сидит другое. Bitkom — это объединение немецких ИТ-компаний. В феврале–марте 2026 года оно обзвонило 1 003 человека в Германии от 16 лет. 394 из них сказали, что ИИ не трогали ни разу. Ну и живут же как-то. Но 59% из этих 394 признались, что чувствуют себя из-за ИИ отставшими. Не «не интересно» — отставшими. Поэтому и по всем 1 003 опрошенным число выходит тяжёлое: 40% носят это в себе. Оговорка, без которой оно соврёт: опрос повторяют, и цифра каждый раз другая. Я беру последний опубликованный.

А инструмент уже лежит в кармане у огромной части страны. 43% людей в Германии от 16 лет говорят, что пользуются ChatGPT — тот же Bitkom, замер 2025 года, 1 005 опрошенных. Поэтому «я в этом не разбираюсь» звучит не в пустой комнате, а рядом с человеком, который вчера что-то ИИ надиктовал.

Большинству никто ничего и не предлагал

Прежде чем решать, что человек «не разбирается», проверьте одну вещь: предлагали ли ему научиться. Чаще всего — нет.

Bitkom спросил 513 работающих людей в Германии от 16 лет, даёт ли работодатель возможность целенаправленно подучиться по ИИ. 70% ответили, что такой возможности им не дают. Но «почти никому» — это было бы враньём: 20% обучение у работодателя уже прошли. Ещё 6% говорят, что предложение есть, а руки не дошли. Каждый четвёртый работающий обучение прошёл или имеет его под рукой.

Когда спрашивают фирму, а не человека, ответ выходит про другое. Фирма может учить троих из тридцати — и «фирма учит» с «меня учили» уже не складываются. Спрашивали 604 компании от 20 сотрудников. 43% не предлагают обучение работе с ИИ вообще никому. Всем сотрудникам его предлагают 8%. И сразу скажу то, что дальше будет верно почти для каждого такого числа: мастерскую на троих в такие опросы не спрашивают почти никогда. Где цифра по ней есть — назову отдельно.

Ближе всего к ремеслу отдельный опрос: 504 ремесленные фирмы Германии, у которых есть хотя бы один работник, лето 2025 года. Мастер, который работает сам, без работников, туда не попал — а это как раз многие из тех, кто это читает. Люди, умеющие обращаться с ИИ, есть у 29%. Растущую нужду своих людей в цифровых умениях видят 76%. Почти половина, 43%, специально тратит деньги, чтобы этому научить. Но «цифровые умения» и «ИИ» — разные вещи, и по самому ИИ картина трезвее: 84% отвечают, что ИИ у них не тема. Спор про нужность ИИ в ремесле не то что не закончен — он в основном ещё не начинался.

Из этих чисел не следует, что человек не умеет именно потому, что ему не предложили: опрос спрашивал, предлагали или нет, а не почему. Следует другое, и этого хватает. Сотрудник говорит «я в этом не разбираюсь» — проверить можно ровно одну вещь. Большинству работающих в Германии не предлагали ничего.

Компьютер дошёл почти до каждого дома. Умение — нет

«Да сейчас все всё умеют» — проверяется за минуту и не подтверждается. Сперва про слово «домохозяйство». Так статистика называет всех, кто живёт вместе в одной квартире или доме, — хоть семья из пятерых, хоть один человек. Компьютер стоял в 38,7% немецких домохозяйств на 1 января 1998 года. На 1 января 2023-го — уже в 94,5%. Прибор дошёл почти до каждого.

Умение — нет. Eurostat, статистическая служба ЕС, считает не одно умение, а пять сразу. В зачёт идёт только тот, у кого все пять хотя бы на начальном уровне. В Германии таких 59,55% среди людей 16–74 лет, данные 2025 года. По всем 27 странам ЕС — 60,4%.

А теперь встаньте за свою стойку, и число поедет. Одна оговорка, иначе сравнение выйдет кривым: отраслевые числа Eurostat считает не по всем жителям, а только по работающим. Среди всех, кто в Германии работает — по найму, на себя или помогая родне в семейном деле, — все пять умений набирают 66,57%. Это средняя температура. Но в гостиницах и общепите таких 46,08%. В строительстве — 55,87%. В торговле и авторемонте — 59,5%. Поэтому «сейчас все всё умеют» — фраза человека, который работает в офисе. Что тут причина, а что следствие, цифры не говорят: то ли работа сама учит, то ли в разные профессии идут разные люди.

ЕС однажды уже перестал считать это чертой характера и назначил цифру со сроком. Решение (ЕС) 2022/2481, статья 4: институты ЕС и страны-члены работают вместе. Цель — чтобы к 2030 году базовыми цифровыми умениями владели не меньше 80% людей 16–74 лет в ЕС. Это обещание, которое власти дали друг другу, а не требование к вам. И запомните на минуту: это ДРУГАЯ «статья 4», не та, о которой пойдёт речь дальше. Их путают постоянно.

И честно про дырку. Что такое «ИИ-компетенция», в законе написано — статья 3, пункт 56. А мерки, которой её меряют статистики, я на день выхода статьи не нашёл ни у немецкой государственной статистики (ведомство Destatis), ни у Eurostat. Что её нигде нет, утверждать не стану: доказать, что чего-то нет, тяжелее всего. Но обязанность уже работает, а чем её мерить — непонятно.

Зато напоследок приятное, и оно про вас лично. В Германии среди самозанятых с сотрудниками все пять умений набирают 64,68%. Среди самозанятых без сотрудников — 70,17%. По этой мерке предприниматель в среднем не позади: он выше среднего человека в стране. Разговор «ты отстал» цифрами не подтверждается. Цифры говорят другое: в некоторых отраслях умений меньше, чем у работающих в среднем.

Такое уже было — только тогда мешали деньги, а не незнание

Двадцать лет назад людям мешали не знания, а счёт за подключение. Это единственная деталь, из-за которой аналогия работает против меня же, — и я её не прячу.

На 1 января 1998 года интернет был в 8,1% немецких домохозяйств: восемь квартир из ста, и остальные девяносто две проблемой это не считали. Но к 1 января 2003-го подключились уже 46,0%. Меньше половины: за «подожду» ещё стояли цифры, и стыдно за него не было. А на 1 января 2008-го интернет стоял в 64,4% — и тот же самый ответ вдруг стал значить «я один такой». Когда именно подключённых стало больше половины, никто не мерил, поэтому «за пять лет» я писать не буду.

А теперь то, что ломает мою же аналогию. В 2003 году спрашивали немецкие домохозяйства без интернета, почему. Чаще всего отвечали «не надо» — 69%. Дальше шли деньги: у 41% дело упиралось в цену, так их сложил сам источник, — а нехватку знаний назвал 31%. Назвать несколько причин сразу было можно.

То есть тогда деньги били незнание. С ИИ сегодня выходит ровно наоборот. Поэтому аналогия годится, чтобы показать, как быстро всё переворачивается, и не годится, чтобы доказать причину. А что стало с этими объяснениями потом, я не знаю. Замера настроений за двадцать лет у меня нет, а «все передумали» — красивая концовка, не факт.

Спросили прямо про ИИ — мешают знания и правила, а не деньги

Государственная статистика Германии — ведомство Destatis — спросила об этом прямо. Ответ вышел неудобный для расхожей отговорки: деньги оказались на шестом месте из восьми, а «не видим смысла» — вообще на последнем.

Только число соврёт, если не сказать, кого для него спросили. Спрашивали фирмы, где работает от десяти человек, и не во всех отраслях. Мастерской на троих, уборки, ухода, образования, бытовых услуг, сельского хозяйства и финансов там нет вообще. И считали не всех подряд, а только тех, кто про ИИ уже думал и пока не начал. Таких 20%. Вот из кого посчитаны цифры причин — те, что в списке ниже. Дальше в разделе будут числа других опросов; у каждого назову, кого спрашивали.

Тормозит не только незнание кнопок. Тормозит незнание правил: что можно, чего нельзя, кто потом отвечает.

Но тут же оговорка, без которой выйдет враньё само собой: это ответы тех, кто про ИИ уже подумал. Спросите всех подряд — картина другая. Bundesnetzagentur, Федеральное сетевое агентство, — это ведомство, которое с июля 2026 года следит в Германии за ИИ. Оно опросило 808 предприятий с 14 октября по 6 декабря 2024 года, и совсем маленькие фирмы там есть. Треть из них вообще не видит, куда им этот ИИ приткнуть. Два замера, две разные группы, и держать стоит оба.

Годом раньше по тому же вопросу нехватку знаний называли 71%. Складывать 71% с сегодняшними 72% в «стало хуже» или «стало лучше» нельзя: с 2025 года ведомство поменяло, кого вообще считать фирмой. Это как измерить одну комнату сначала шагами, потом рулеткой — числа стоят рядом, а сравнивать их нечестно.

Рядом стоит цифра, которую в спорах переворачивают чаще всего. Объединение торгово-промышленных палат DIHK — тех самых IHK, куда вы платите взнос, — опросило 4 686 фирм в ноябре 2025 года. Маленькие там есть: 2 055 участников — фирмы, где занято меньше десяти человек. Крупнейшим препятствием все участники назвали время — 58%, вторым сложность — 56%. Деньги назвали реже. Но спрашивали их про цифровизацию вообще, а не про ИИ отдельно, и отвечал тот, кто захотел, а не отобранные по правилам. Поэтому переносить вывод на ИИ я не буду. Одно всё же следует и там: бюджет главным тормозом не был.

Сколько фирм уже что-то делает — честнее назвать «от и до», чем одним красивым числом. KfW — государственный банк развития. Его исследователи спрашивали немецкий Mittelstand, применялся ли ИИ в 2022–2024 годах. Это единственный мой замер, где разбивка начинается с самых маленьких. Среди фирм, где занято меньше пяти человек, ИИ применяли 19%. Среди фирм от пятидесяти человек — 36%. Реже всего в строительстве — 8%. А среди тех, кто отвечал на опрос DIHK в ноябре 2025 года, ИИ уже применяют 35% участников. Складывать это в один тренд нельзя: разные фирмы, разные годы, разный отбор. Но «никто ничего не делает» — уже неправда, и «про фирмы моего размера никто не спрашивал» — тоже неправда.

А вот полный список причин, которые назвали эти фирмы от десяти человек — те, что про ИИ думали и пока не начали. Данные 2025 года, по убыванию.

1. Не хватает знаний — 72%
2. Непонятно, чем это кончится по закону, — 62%
3. Страшно за данные и приватность — 60%
4. Не стыкуется с тем, что уже стоит в фирме, — 45%
5. Нужных данных нет или они плохого качества — 44%
6. Слишком дорого — 32%
7. Есть этические сомнения — 23%
8. Не видим смысла — 18%

Раньше требовали «добейся». Летом заменили на «сделай»

Обязанность никуда не делась, но летом 2026 года её переписали мягче — и теперь её может выполнить фирма из двух человек. Раньше с вас требовали результат: чтобы ваши люди действительно умели обращаться с ИИ. Теперь требуют шаг: сделайте что-то, чтобы они учились. И прямо добавлено — гарантировать, что конкретный человек чему-то научился, вы не обязаны.

Разница не косметическая. «Добейся» фирма из двух человек не выполнит в принципе. «Сделай» — выполнит за один разговор на планёрке.

Если вы читали формулировку пожёстче, она устарела. Вот как Bundesnetzagentur описывала это правило в июле 2025 года. По её тогдашнему тексту, с февраля 2025 года все поставщики и все, кто применяет ИИ-системы, обязаны принимать меры. Меры — чтобы обеспечить достаточный уровень ИИ-компетенции у всех, кто по их поручению с ИИ работает. Вот это «обеспечить» летом и убрали. Переписал его так называемый Digital-Omnibus — Регламент (ЕС) 2026/1744 от 8 июля 2026 года. Напечатали его в Официальном журнале ЕС 24 июля 2026 года. В силу он вошёл на третий день после публикации — так написано в нём самом. Точный день я как факт не печатаю. Сама Еврокомиссия датирует правку осторожно — «середина июля 2026 года». Считать дату в уме и выдавать её за факт я не буду.

Само правило — это статья 4 закона ЕС об ИИ. Его же зовут AI Act, KI-VO и Регламент (ЕС) 2024/1689 — это всё одно и то же. Дальше я говорю просто «закон об ИИ».

Теперь вопрос, который решает всё остальное: вы включили ИИ для работы? Ответили «да» — вы для закона Betreiber, тот, кто применяет. Всё, определение кончилось. Слово запомните: оно будет стоять в каждом письме от юриста. Рядом живёт второе — Anbieter, тот, кто ИИ делает сам или заказывает и выпускает под своим именем. Это не вы. Исключение записано прямо в норме: кто пользуется ИИ в личной, непрофессиональной жизни, тот не Betreiber. Это статья 3, пункт 4; про Anbieter — пункт 3 той же статьи.

Осталось понять, что вообще считается ИИ-системой. По-человечески: программа, которая сама что-то предлагает, пишет или оценивает по вашим данным, — а не считает по жёсткой формуле, как касса или калькулятор. Этого хватит, чтобы пройтись по своему списку. В законе то же самое написано длиннее и суше — статья 3, пункт 1; дословная формулировка понадобится, если дойдёт до спора. И это пересказ, а не заключение юриста.

Пройдёмся по вашей мастерской. Переводчик, которым вы переводите письмо клиенту, — это по работе, значит вы Betreiber. Чат-бот на сайте — то же самое. ИИ-функция в вашей CRM или в кассе — то же самое. Ваша личная подписка, которой вы дома пишете поздравления, — нет. И не рассчитывайте, что спорный случай за вас разберёт ведомство. По § 12 немецкого закона KI-MIG Bundesnetzagentur отвечает на вопрос «система это ИИ или нет» по запросу государственных органов, а не частных фирм.

Адрес у правила при этом появился. Немецкий закон KI-MIG от 22 июля 2026 года вступил в силу 29 июля 2026 года. Он назначил Bundesnetzagentur главным, кто за этим следит, — если для случая не назначен кто-то другой. В пресс-релизе того же дня ведомство пишет, что смотрит за ИИ в радиооборудовании — и вообще там, где ошибка дорого стоит человеку. В примерах — определённые ИИ-системы в кадровой работе, в критической инфраструктуре и в образовании. Слово «определённые» тут главное: из него не следует, что любой просмотр резюме с помощью ИИ автоматически попадает под надзор.

Раз помянули «предупреди, что говорит машина», скажем, кому что. Сделать так, чтобы человек понял, что говорит с машиной, обязан тот, кто машину сделал, — кроме случаев, когда это и так очевидно. Поставить на сгенерированном метку, которую прочитает машина, — тоже его дело, не ваше. На вас, как на того, кто применяет, ложатся две вещи. Первая: сказать вслух, что фотография, голос или видео сделаны машиной, а не сняты на камеру. Вторая: сказать, что текст сделан машиной, если вы публикуете его, чтобы рассказать людям про что-то общественно важное. Вторая обязанность отпадает, если текст кто-то вычитал и отвечает за него своим именем. Обычный рекламный пост про ваши услуги сюда не попадает. А заметка «от лица фирмы» на общественную тему, которую никто не читал глазами, — может. Сказать надо не позже первого контакта, ясно и без двусмысленностей. Всё это — статья 50.

Теперь про штраф, потому что боятся обычно его. Отдельной строки для статьи 4 нет ни в европейском списке штрафов, ни в немецком. Но обещать, что последствий не бывает вообще, было бы такой же необоснованной страшилкой наоборот.

Европейский список — это статья 99, абзац 4, и в нём семь строк. Тот, кто ИИ делает, кто ввозит, кто перепродаёт, кто проверяет и выдаёт документы, и так далее. Из этих семи строк к вам относятся две: обязанности того, кто применяет, и обязанности прозрачности. Остальные пять не про вас, и разбираться в них не надо. Потолок там — 15 млн евро или 3% годовой выручки по всему миру, смотря что больше. Это цифры для концернов, а с малой и средней фирмы считают по меньшей из двух. Статьи 4 в перечне нет. Нет её и в немецком § 15 KI-MIG, где потолок 50 000 евро и перечислены совсем другие нарушения — не наше.

Но останавливаться на этом нечестно. Есть общее правило: каждая страна ЕС обязана назначить наказание за нарушение этого закона — хоть деньгами, хоть предупреждением, хоть требованием исправить. Оно записано в норме, которая называется статья 99, абзац 1, и исключения для нашего правила там нет. Поэтому правильный вывод не «штрафа не бывает». Он другой: отдельной строки для статьи 4 в этих двух списках нет, а общее правило о наказании есть. Пугать нечем. Обещать безнаказанность — тоже.

Тогда зачем шевелиться, если персональной строки нет? Первое основание не моё, а самого законодателя. В объяснении, зачем вносили правку, он прямо пишет, что ИИ-компетенция должна быть стратегическим приоритетом независимо от правовых обязанностей и возможных наказаний. А жёсткая обязанность создавала лишнюю нагрузку, особенно для небольших фирм. Это обоснование 8 к правке. Смягчили не потому, что тема пустая, а потому, что маленьким было тяжело. Второе основание бытовое: спросить про ваши меры может не только ведомство. Может крупный заказчик в тендере. Может страховщик. Может ваш же работник, если из-за подсказки ИИ решили что-то про него самого. Гарантировать, что спросят, нельзя. Но ставить на «никто никогда не спросит» — так себе позиция для человека, который отвечает своим именем.

И числа сюда же. Спрашивали те же 604 компании от 20 сотрудников. 32% сели, разобрались и решили, что под закон об ИИ не попадают, — это ответ, с ним можно жить. Но рядом 30% всё ещё выясняют, а 11% до темы просто не дошли. Первые знают. Вторые не знают, что не знают.

Про сроки честно: прямой фразы «правило прозрачности применяется с такого-то числа» в законе нет. В списке ранних исключений оно не названо — значит включилось с общей даты. Это моё чтение перечня, а не цитата. Сам перечень лежит в статье 113 закона и укладывается в четыре строки.

1. 2 февраля 2025 года — заработало правило про обучение своих людей, та самая статья 4.
2. 2 августа 2025 года — заработала штрафная часть закона; ей уже больше года.
3. 2 августа 2026 года — включилось всё остальное, в том числе «предупреди человека, что с ним говорит машина».
4. 2 декабря 2027 года и 2 августа 2028 года — отложенные сроки для самого тяжёлого. Это ИИ, который решает про людей: берут на работу, дают кредит, ставят оценку. Тот же Digital-Omnibus сдвинул их на эти даты, и мастерской или кафе это, скорее всего, не касается вовсе.

Что делать на этой неделе: двадцать минут и лист бумаги

Начинать не с обучения и не с юриста. Начинать со списка того, где ИИ у вас уже работает.

Форму закон не назначает, и это хорошая новость. Bundesnetzagentur пишет прямо: закон не говорит, как именно поддерживать. Не назначает курс. Не требует, чтобы конкретный человек дошёл до какого-то уровня. Не требует сертификата. Учить можно и внутри фирмы, и снаружи. А что сделали — стоит записать. Только из этого не следует, что записать в бумажку — уже сделать: бумага доказывает, что дело было, а не заменяет его.

Дальше шесть шагов, которые делаются своими силами, без подрядчика и без бюджета. Обязателен из них ровно один — первый. Не внедрять. Не покупать. Не учиться. Сесть на двадцать минут и выписать, где у вас уже стоит ИИ. Всё остальное имеет смысл только после этого листа.

1. Двадцать минут и лист бумаги. Выпишите, где ИИ у вас уже работает или может заработать. Смотрите широко: перевод писем, черновики объявлений, чат на сайте, отбор резюме, расшифровка голосовых, тексты для соцсетей, «умный помощник» в вашей CRM или кассе. Потом сверьте каждую строку с тем, что закон считает ИИ-системой. Это статья 3, пункт 1 — по-человечески она пересказана выше. Пока списка нет, и «нам это не нужно», и «нас это не касается» — догадки, а не выводы.
2. Отдельно — данные клиентов. Если вы отправляете в чужой сервис персональные данные — имя, телефон, адрес, переписку, — этот сервис работает с ними по вашей команде. По статье 28 DSGVO на это нужен договор. В договоре должно быть написано: что делают с данными, сколько времени, зачем, какие это данные и чьи, кто за что отвечает. Вопрос отдельный от закона об ИИ, и закон об ИИ его не отменяет.
3. Час на планёрке. Что можно и чего нельзя: какие данные не уходят в чужой сервис, кто проверяет результат перед отправкой клиенту, что делать при сомнении.
4. Заберите бесплатное — за него уже заплачено вашими налогами. В сети Mittelstand-Digital Zentren работает около 100 тренеров по ИИ. Они приходят к небольшим фирмам и разбирают конкретно вашу. Им всё равно, чью программу вы в итоге купите. Рядом — European Digital Innovation Hubs, туда же. Учиться онлайн можно на KI-Campus и в appliedAI Institute for Europe; в источнике они названы бесплатными. Перечисляет всё это Bundesnetzagentur не по доброте. § 12 KI-MIG обязывает её давать информацию и инструкции по применению закона, особенно небольшим фирмам и стартапам, — объяснять и учить. А новая статья 4 добавляет, что Еврокомиссия публикует практические примеры того, как эту обязанность выполняют.
5. Запишите одной страницей: дата; кто был; какие ИИ у нас есть; какие правила приняли. Дальше — кто проверяет результат перед отправкой наружу, что сделали для обучения и когда вернёмся к теме. Это и есть ответ на вопрос «а что вы вообще предприняли».
6. Бывает, что у части бригады немецкий на уровне «понимаю, но объяснить не могу». Тогда и час на планёрке, и страницу правил делайте на двух языках. Причина не юридическая и очень простая: правило, которое человек не понял дословно, он не выполнит. Всё перечисленное выше работает по-немецки — и тренеры, и KI-Campus, и сам закон.